27.11.2017 Комментарий. Владимир Кашин: надо оперативно решать ситуацию на зерновом рынке.

Комитет Государственной Думы по аграрным вопросам провел расширенное заседание Научно-экспертного совета на тему «Импортозамещение в АПК – приоритетное направление экономического развития России».

Председатель комитета Владимир Кашин провел детальный анализ состояния дел:

– Если посмотреть на последние шесть лет, то, несмотря на определенные успехи, можем увидеть, что 146 миллиардов долларов мы в балансе потеряли, с точки зрения завоза соответствующей продукции и техники на развитие нашего АПК, решения проблем продовольственной безопасности.

Необходимо усилить работу в овощеводстве и плодово-ягодных культурах. Плодово-ягодные культуры — около 7 миллионов тонн мы завозим, более 2,3 млн тонн по овощам, то есть около 10 миллионов мы завозим. Если говорить о плодовых и ягодных при потребности 14,5 миллиона тонн, у нас всего с вами 800 тысяч тонн и то с учетом части продукции, которая производится у населения в личных подсобных хозяйствах. Если взять овощеводство и картофелеводство, мы также видим, что более 70 процентов производится у населения.

Много проблем с обеспечением семеноводства и всего, что касается сахарной свеклы, подсолнечника, включая кукурузу на зерно и на силос. Здесь экспертному совету нужно общее понимание решения с тем, чтобы не было диспропорций.

Животноводство в целом, в частности молочное, – здесь ситуация крайне тревожная. Мы имеем около 17-18 миллионов тонн всего товарного молока, мы ушли на потребление на 230-240 литров молока, что не дотягивает почти на 90 килограмм к норме. За все эти годы мы не продвинули ситуацию с поголовьем, которое остается на ничтожно низком уровне – около 8 миллионов голов коров и из них добрая половина в личном подсобном хозяйстве, где товарность молока очень низкая. Вот в этом ключе надо менять ситуацию в корне. Без дотации здесь вообще ситуация тревожная.

Исходя из этого, нам надо перестраивать в целом и экономический посыл. Решать проблемы государственного плана поддержки молочного животноводства и мясного животноводства.

То есть, проблем очень много, начиная от принятия закона о племенном животноводстве, заканчивая вопросами регулирования цен на молочную продукцию. Почему? Потому что сегодня 22 рубля забирают молоко качественное, но по 80 рублей в пакете продают. То есть, в 3-4 раза увеличивая цену на молочную продукцию, и по мясу точно такая же ситуация. Крестьяне находятся в минусовой зоне. Нам надо всё решать, чтобы изменить инвестиционный климат на этом направлении.

Что касается нашей успешной работы по «быстрому» мясу. Здесь всё более-менее, особенно по птицеводству. По производству мяса свинины мы вышли на уровень 1990 года. Что касается птицеводства, есть значительное перевыполнение, но зависимость снова большая по инкубаторному яйцу. То есть необходимо в корне менять и научное обслуживание, и, естественно, восстанавливать те опытные направления по организации птицефабрик, которые бы занимались производством высших репродукций на этом направлении.

Мы снижаемся по энерговооружённости на 100 гектаров пашни в последние годы, несмотря на то, что появились неплохие технические возможности в ряде наших заводов. Когда мы смотрим на наличие парка тракторов, мы видим, что под 60 процентов тракторов старше 10 лет. Это, по существу, выработка на 90-100 процентов. Если смотрим комбайновый парк, то там на уровне 45-50 процентов, то есть, техника очень старая, и ещё есть снижение. Поэтому не на 6 тысяч комбайнов, которые производятся сегодня, нам надо выходить, а на 40 тысяч комбайнов и тракторов.

Вся наша пищёвка говорит, что нам не с чего инженерные мысли воплощать в реальную жизнь. Вся нержавейка идёт на 90 с лишним процентов из-за рубежа! Надо завершать, в конце концов, эту работу и конструкторам, и министерствам, ведущим эти направления, и соответствующему бизнесу.

Плодородие почв – кричащая тема, без её решения невозможно двигаться вперёд. Или мы угробим наши земельные ресурсы, не только растаскивая их в разные направления, переводя в другие категории, а просто-напросто сделать их неплодородными. Посмотрите, какая кислотность наших почв! И это не только в Нечерноземье, на Юге. Там другие беды, там вторичное засоление и так далее. Мы снизили внесение наших минеральных и органических удобрений в 5-6 раз.

Без кадров, конечно, невозможно решать эту задачу. Мы видим с вами, что происходит с профессионально-техническими училищами, что происходит с наукой, как она деградирует с точки зрения подготовки кадров. В разы сократилась аспирантура, сокращается защита диссертаций и так далее. Вопрос назрел, вопрос архиважный. Он напрямую связан сегодня и с заработной платой, и с условиями обучения, работой наших институтов, а также с условиями жизни на селе. Здесь проблема наиболее кричащая.

Как закреплять людей молодых. У них завтра появятся дети. Что, за 80 километров бежать, чтобы осуществить работу по родовспоможению? 95 тысяч деревень без газа. Под 40 тысяч деревень не имеют почтовой связи…Посмотрите, на сельскохозяйственный район одна бригада скорой помощи. В районе в 13-14 тысяч населения, 50-60 деревень, 10-12 из них лесных.

У нас количество людей с высшим образованием всё меньше и меньше работает на селе. Вот в этом ключе мы сегодня решаем проблему: в четыре раза увеличить на одного студента средства, выделяемые на все 54 сельхозвуза.

Мы приняли в первом чтении закон, где раскрываем государственную поддержку на наши сельскохозяйственные вузы, научные организации, на наше опытное хозяйство, опытные станции, на всех, кто имеет сегодня земельные фонды, производит молоко…

Мы сегодня в лучшие из последних трёх-четырёх лет давали на гектар пашни из федерального бюджета 300 рублей. Ну, это 5 долларов. 800 – Европа. А мы – 5… Вот, пожалуйста, какой диспаритет. Давайте все вместе будем делать, каждый на своём месте ту работу, которая приведёт нас к развитию АПК.

И. Ушачев: в перечне требований для получения субсидий – горох

Научный руководитель ВНИИ экономики сельского хозяйства академик РАН Иван Ушачев провел научный анализ ситуации:

– Доля импорта продовольствия и товарных ресурсов розничной торговли за 3 последние года у нас сократилась с 36 процентов до 21 в 2017 году. К тому же следует подчеркнуть, что удельный вес сельского хозяйства достиг 4,7 процента в валовой добавленной стоимости. Это очень положительное явление.

Но несмотря на такую положительную динамику, пока сохраняется целый ряд нерешенных, и притом системных экономических проблем. Доля импорта товарных ресурсов по таким позициям, как говядина, составляла в 2016 году 40 процентов, масло животное – 25, сыр – 23, сухое молоко и сливки – 60 процентов. Также остро строит проблема импортозамещения в овощном и плодово-ягодном подкомплексе.

Мы все понимаем, что для их устойчивого развития необходимо, прежде всего, привлечение в отрасль существенных инвестиционных ресурсов, однако, несмотря на всплеск инвестиций в 2016 году, в целом за последние 3 года их общий спад составил 5,5 процента. Данные 2017 года тоже не обнадеживают, спад за первое полугодие составил уже 9 процентов.

Как известно, инвестиционная активность зависит от доходности товаропроизводителей, доступности кредитных ресурсов, но еще большую значимость в настоящее время имеет отсутствие определенности в макроэкономической ситуации в стране и связанные с этим существенные инвестиционные риски.

Следующий ключевой момент. Только в одном 2016 году затраты на приобретение импортных оборотных подчеркиваю, только оборотных средств составили около 2 миллиардов долларов и это, не говоря об основных средствах, то есть о технике, особенно остро проблема стоит в пищевой промышленности, где доля импортного оборудования доходит до 90 процентов.

В решении этой проблемы мы возлагаем большие надежды на реализацию программы «Научно-технического развития сельского хозяйства на 2017 и 2025 годы», которую приняли 3 месяца назад. Однако финансирование этой программы предусматривается в основном за счет имеющихся ресурсов действующей госпрограммы развития с/х, которая и так практически ежегодно претерпевает серьезные изменения как с точки зрения ее структуры, механизмов реализации, так и особенно финансирования.

Важно упростить доступ сельхозтоваропроизводителей к субсидиям путем устранения излишних бюрократических требований. Следовало бы, наконец, унифицировать правила и установить исчерпывающий перечень требований для получения федеральных субсидий в регионах, сейчас у нас просто горох.

Особо хочу подчеркнуть, что в 2016 году доля экспорта продовольственных товаров высокой степени переработки в общем объеме продовольственного экспорта составила всего лишь 18 процентов, в то время как доля импорта таких же товаров превышает у нас 30 процентов. Это говорит о том, что и в аграрном секторе, так же, как и в топливно-энергетическом, основным продуктом нашего экспорта является сырье.

И последнее. Оборот розничной торговли продовольственными товарами за три года сократился почти на 14 процентов. Реальные располагаемые доходы нашего населения упали на 10 процентов. При этом удельный вес затрат на питание в расходах населения увеличился с 28 до 36 процентных пунктов. И это очень тревожная тенденция. Поэтому необходимо дополнить нашу государственную программу мерами стимулирования внутреннего потребления сельхозпродукцией.

В. Таранин: как коров ни уговаривали…

Руководитель крупнейшего хозяйства «Дашковка» Виктор Таранин завел всех:

– Сегодня мы всё-таки можем купить отечественные трактора, не отправляя деньги за границу. Но такой вопрос. Допустим, в нашем хозяйстве необходимо обновить технику, порядка на 50 как минимум миллионов рублей. Где их найти? А если внедрить программу утилизации тракторов по примеру утилизации автотранспорта? Там сдаешь старое авто и дают 200 тысяч рублей.

За последние 3 года есть небольшое улучшение по производству отечественных семян картофеля. Но вместе с тем, что касается семян для открытого грунта по моркови, свекле, капусте, практически ничего не сделано. На 90 процентов мы зависим по этим семенам от импорта.

Но, может быть, наконец, стоит сесть конкретно с представителями, не знаю, Минсельхоза, правительства и наметить какую-то программу? Ведь то, что я сейчас говорю по технике, по семенам, эта программа не решается, и это приводит к истощению хозяйства. Потому что без поддержки на технику, ну, очень сложно будет развивать овощеводство.

По молочному производству есть программа поддержки на технику, на доильные аппараты, и причем на технику до 20 процентов, на доильные аппараты до 50, казалось бы, здорово. Но второе условие, чтобы ты это получить мог, ты должен увеличить поголовье за год с 1 января до 1 января дойного стада на 100 голов и более. Ну при поголовье 470 голов дойного стада, как ни старались осеменаторы, как коров «ни уговаривали», но ничего не получилось. Мы этот пункт выполнить не можем, значит, и дотации, получить не сможем.

Не хочу плакаться, но отпускные цены на овощи за последние 15 лет практически не меняются и составляют в среднем 10‑12 рублей. А затраты возросли в разы: на энергоносители, на минеральные удобрения, на горючее. Я конкретно предлагаю установить торговые наценки на социально значимые товары. Сегодня торговля, закупая по 8 рублей капусту, продает её в два раза дороже, также картофель. Значит, торговые сети обкрадывают нас, товаропроизводителей, население. Ну, я согласен им отпускать и по 8 рублей, но давайте 20 процентов наценку, отпускайте тогда населению по 9.60. Нет, не делают. Есть какие-то люди, которые вот эту всю инициативу просто блокируют. Из-за этого идет разорение сельхозпроизводителей, обнищание людей.

Вот господин Ткачев с радостью докладывает президенту (мы все видели по телевизору), что 140 миллионов тонн зерна собрали. А где радость у производителей этого зерна? Они что, вложив большие средства, теперь получат прибыль, премиальные, как раньше было, к концу года выплачивалась 13-я, там, 5, 7, 10 окладов и так далее? Они еще хуже жить стали, потому что зерно некуда деть, у многих оно гниет, элеваторы переполнены.

Но еще, я хочу сказать, причем вот когда субсидии еще составляются, они говорят — вы не должны сократить посевные площади и урожайность должна быть у вас не ниже. Ну хорошо. Вот сегодня, мы, допустим, произвели достаточно овощей, значит, и урожайность составляет по капусте 100-120 тонн с гектара, да? А опять же радости нет, я ничего не могу своим людям выплатить. Почему?

(Микрофон отключён.)

Председательствующий В. Кашин:

– Спасибо, Виктор Иванович (аплодисменты). Я позволю несколько слов в связи с этим выступлением сказать.

Ну, во-первых. Что касается технических средств. Постановление 1432 работало и 13,7 миллиарда в этом плане было выделено и использовано. То есть, вот, если там Виктор Иванович не использовал эту часть, это другой разговор, но в этом направлении в 2017 году, на 2018 год сейчас заложено 10 млрд, было 8, но наши поправки 15 миллиардов. Я думаю, что при корректировке после 1 квартала мы будем добиваться увеличения этой суммы для того, чтобы эти средства почувствовали потребители наших тракторов и комбайнов.

Что касается цен. Вот буквально в пятницу рассматривали законопроект для того, чтобы регулировать цены на товары первой необходимости — молоко, мясо, овощи, картофель. В самом деле, закупают овощи по 8-10 рублей, продают по 25-30, и ничего не изменяется. Конечно, это неверно. Мы этим законом регулировали ценовые надбавки и для розницы, и для опта, и естественно, чтобы и в переработанном, допустим, зерне, доля крестьян составляла не менее 50 процентов в рынке, а не 8-10 как сейчас.

То есть, есть и законопроект, но есть сегодня пока силы, которые сдерживают это, мы тут должны все вместе более системно, более жестко отстаивать интересы крестьянства, уповать не на кого. А поаплодируем Виктору Ивановичу, знаете за что? За то, что в последнем конвое в честь 100-летия Великой Октябрьской революции, который мы отправляли на Донбасс, 20 тонн это было продукции с его хозяйства! (Аплодисменты.)

А. Куценко: необходимо регулирование рынка

Директор Департамента регулирования рынков АПК Минсельхоза России Анатолий Куценко заявил:

– Регулирование рынка и той цепочки, добавленной на каждом уровне передела, должно индикативно определяться. К сожалению, сейчас этого нет. У нас есть рынок, но во всех странах рынок тоже подрегулируется государством, в зависимости от необходимости — до 10 процентов определяет уровень цен, в отдельных странах, как в Швейцарии — до 40 процентов. Повторяться не буду, но во главе угла здесь стоит вопрос о регулировании рынка.

За последние, можно сказать, девять лет у нас рост внутреннего потребления вырос всего на 7 процентов, потому что произошла диверсификация, внедрили современные технологии.

Юг перестроился, поэтому там минус 25 процентов внутреннего спроса, потому что всё сориентировано практически на экспорт, ЦФО вложился в мясо. Поволжье стремится конкурировать в молоке, ну а в Сибири сложилось как сложилось: за последний, скажем так, год увеличения производства зерна нет.

Вопрос регулирования рынка является ключевым. Должны быть меры дополнительного стимулирования внутреннего спроса. Но в зерновом хозяйстве, как бы мы ни стремились, потенциал в 150 миллионов тонн зерна, который у нас есть, мы не реализуем только за счет внутреннего спроса, у нас встает вопрос глубокой переработки зерна, в том числе на биоэтанол. 150 миллионов, то есть 30 процентов своего рынка из кукурузы отдают Штаты на регулирование рынка. Нам сегодня необходимы поддержка экспорта, развитие инфраструктуры, ОРЦ, овощекартофелехранилищ…

В. Кашин отреагировал: надо оперативнее работать над ситуацией, которая сложилась на рынке зерна. Сегодня мы загоняем производителя зерна в недоходную составляющую. Почему мы не запустили интервенцию? Когда был Гордеев (экс-министр с/х РФ), до 10-12 миллионов доходила интервенция. Было желание Правительства помочь нашим аграрникам, малому бизнесу. А мы сегодня, вот юг определился, кто-то ещё определился. Да, трейдеры разного рода сегодня за бесценок сгребают и везут. И государство даже от этого сырья не получает доход, а определённая группа людей, не имеющих порой отношения к сельскому хозяйству. Ну, есть у нас гиганты, там понятно. Но мы-то видим, что у нас 30 процентов зерна производится сегодня в малых формах хозяйствования, они не в состоянии выйти даже на областной рынок, не говоря уже за рубеж и так далее. Здесь оперативность нужна.

Если бы у нас было действительно государственное регулирование, тогда бы торговые сети, которые на 90 с лишним процентов принадлежат иностранцам, не командовали и не выгребали последние копейки у наших потребителей, и не вывозили за рубеж, обескровливая нашу экономику. Давайте быстрее тогда эти рынки строить, колхозные или какие они у нас были. Давайте запускать эту заготовительную потребительскую кооперацию, закупать у населения овощи, картофель.

А. Петриков: довести поддержку до хозяйств

Руководитель ВНИИ аграрных проблем и информатики, академик РАН Александр Петриков информировал об итогах Всероссийской сельскохозяйственной переписи:

– Площадь используемых сельхозугодий практически была сохранена, общая площадь посевов увеличена на 4,3 миллиона гектаров. В животноводстве в наибольшей степени возросло поголовье птицы, затем прирост поголовья свиней, на третьем — овец и коз. К сожалению, сократилось поголовье крупного рогатого скота — минус 18 процентов. Вместе с тем отрадно отметить четырехкратный рост численности коров мясных пород.

В целом же условное поголовье основных видов животных и птицы возросло за 10 лет на 7,5 процента. То есть в целом ресурсный потенциал и растениеводства, и животноводства сохранен, и немножечко даже укрепился. Для сравнения напомню, что в 90-е годы мы потеряли 33 миллиона гектаров посевов, 31 миллион голов КРС, 22 миллиона голов свиней и 47 миллионов овец и коз…

Но не надо бить в фанфары. Несмотря на то, что площади неиспользованных сельхозугодий у объектов переписи за десятилетие сократились, они по-прежнему составляют внушительную величину — 17 миллионов гектаров. Это только у тех сельхозпроизводителей, которых нашли переписчики.

А если взять давно обанкротившиеся хозяйства, то, по экспертным оценкам, нашего института за счёт сокращения численности СХО, а это 23 тысячи единиц между переписью, и сокращения фермерских хозяйств, по меньшей мере, мы потеряли 65 миллионов гектаров земли. Возросло только землепользование крестьянско-фермерских хозяйств, индивидуальных предпринимателей на 15 миллионов гектаров, и немножко личных подсобных хозяйств, но площадь сельхозорганизаций и некоммерческих объединений сократилось.

Второй факт. Перепись выявила далеко неполный и крайне неравномерный доступ сельхозпроизводителей к государственной поддержке и кредитам. Субсидии и дотации у крупных сельхозорганизаций – это 75 процентов, у микропредприятий 56, а у фермеров и индивидуальных предпринимателей 45,5 процента, то есть, в два раза меньше поддерживается наш малый и средний бизнес, чем крупные предприятия.

И в последние годы федеральный центр, как известно, уделяет большое внимание своевременному доведению средств поддержки до регионов, подчеркну. А что делается дальше, до уровня хозяйств, федеральный центр интересует в меньшей степени, и я думаю, что это самая главная задача сейчас. По кредитам — то же самое. Пользовались кредитами 24,6 сельхозорганизаций, и 10 процентов фермеры.

Третий факт. Доля площадей, засеянных элитными семенами, относительно невелика, всего 7,7 процента у сельхозорганизаций, и 4,6 у фермеров, причём, показатель у фермеров за десятилетие снизился.

Удельный вес сельхозугодий, удобренных минеральными удобрениями, за 10 лет вырос как у сельхозорганизаций, так и у фермеров, но тоже невелики показатели. 28 процентов — у организаций, и 18 процентов у фермеров. А отсюда вывод — что нам надо серьёзнейшее внимание уделить инновационной составляющей в политике, и особенно по отношению к малому и среднему бизнесу.

Четвёртый факт. Перепись представила новые аргументы в пользу создания более благоприятных условий для развития сельских территорий и решения социальных проблем в деревне. Да, экономический рост в сельском хозяйстве произошёл, но кто воспользовался его результатами? Очень узкий круг группы хозяйств, в основном крупных агрофирм и холдингов. Государству целесообразно подумать над новыми мерами по привлечению в отрасль молодых кадров.

И следующий факт. Это сокращение работников, занятых в отрасли.

С одной стороны, это свидетельствует о прогрессе нашего сельского хозяйства. Нам удаётся управляться с теми объёмами сельхозработ, которые у нас имеются, меньшей численностью рабочей силы. За 10 лет в товарном секторе сельхозорганизаций, КФХ занятость сократилась на 45 процентов, то есть, из отрасли высвободился 1 миллион 400 тысяч работников.

Они пополнили городское население в основном, а в деревне наблюдается сельская безработица, которая не вся фиксируется Росстатом. И для того, чтобы мы не принесли российскую деревню в жертву сильному экономическому росту в отрасли нам необходимо самое серьёзное внимание уделить развитию несельскохозяйственного бизнеса в деревне и диверсифицировать сельскую экономику.

В. Багиров: наука и бизнес должны работать вместе

Первый заместитель руководителя ФАНО академик Вугар Багиров поведал: 

– Если мы вчера-позавчера разрабатывали бы какие-то научные достижения, которые лежат на полках, такая наука никому не нужна. Сегодня совместно — бизнес, наука. Если бизнес заказывает, наука с удовольствием, с радостью его выполняет. И полученные новые селекционные формы, что сегодня мы обсуждаем, они должны быть конкурентоспособными.

ФАНО организовывает федеральные исследовательские центры, междисциплинарные научные центры совместно с большой академической наукой.

У нас всегда фундаментальная наука во всём мире была на первом месте. И что происходит? Фундаментальная наука на первом месте, а в прикладной мы хромаем реально. Мы 50-45 процентов кукурузы привозим. Перерабатывающая промышленность и технология на 90 процентов зарубежные. А почему это так происходит? Потому что отсутствовало всегда инновационное звено, то, о чём я говорил, что на одной площадке: наука живёт своей жизнью, бизнес — своей жизнью. Поэтому и наука, и бизнес сегодня должны работать на одной площадке. Сегодня совместно с Минсельхозом РФ и бизнес-сообществом мы создаём комплекс программ научных исследований.

В. Кашин: с появлением ФАНО сокращается финансирование институтов

– Вот пока существует ФАНО, каждый год идет сокращение финансирования наших институтов. Уже кадровый голод наступает в самых мощнейших институтах. Когда это закончится, непонятно. Мы за то, чтобы были селекционные центры, биотехнологические центры. Вот мы создаем их уже на протяжении трех лет, не работая, по существу все в ожидании, вот в этом ключе на вас огромная надежда, чтобы вы здесь остановили процессы деградационные, чтобы быстрее точки роста проявились, и вокруг них шла мобилизация. А то можно вот так через эти реформы…

20 лет реформировали село, и вот последние 4-5 лет что-то начинаем вроде, а то же можно утонуть в этих реформах. И от науки сельскохозяйственной ничего не осталось. У нас и так с вами 20 лет назад было 6 миллионов гектаров земли, а сегодня осталось 1,2 миллиона пашни. Куда убежали те 4 с лишним миллиона? Вот чтобы дальше не наступило вообще большого коллапса, и вы с нами, пожалуйста, по поддержке наших НИИ, учхозов, продолжайте работать по поправкам, чтобы максимально можно было расширить государственную поддержку.

Председатель аграрного Комитета ГД В. Кашин подвел итог:

«Одно дело, когда о проблемах АПК говорят депутаты или комитет, а другое дело, когда мы опираемся на экспертное сообщество, наше общее понимание и видение в решении того или другого вопроса, который является для страны очень важным, для отрасли институциональным и сложным. Почаще работайте с комитетом напрямую».

Автор: Александр РЫБАКОВ, «Крестьянские ведомости»

 

 

БАНЕРЫ

Галерея фотографий